antipin_sl (antipin_sl) wrote,
antipin_sl
antipin_sl

Гуманистическая традиция марксизма и Прометей

Оригинал взят у unv в Гуманистическая традиция марксизма и Прометей
https://youtu.be/dKTHKGqU_eU?t=3m2s


Кургинян в своём исследовании марксизма в числе прочего рассуждает о традиции марксизма. О том, что Ленин, назвав в качестве предтеч марксизма классиков экономической и политической мысли Нового времени (классическая немецкая философия, английская политическая экономия, французский утопический социализм), не раскрыл той мировоззренческой линии, наследником которой является марксизм. Ведь из той же немецкой классической философии вырос и фашизм — и вопрос о предтечах тут явно запрятан дальше в глубь веков. В сущности, речь идёт о гуманистической традиции — но где её корни?

Кургинян показывает, что авторитетнейший классик марксизма, зять Маркса, Лафарг исследовал корни этой традиции — миф о Прометее (античном боге принесшем людям огонь с небес, научивший их ремёслам — и обречённый за то Зевсом на вечные муки). И что в советское время эта линия традиции не вполне угасла — биография Маркса, написанная Галиной Серебряковой, называлась «Прометей».

Ну и пусть бы себе Прометей, казалось бы. Пусть книги кто-то писал, даже мультфильмы снимал. Мало ли чего за тысячелетия накопилось в гуманистической традиции. В чём вообще её важность? И в статье «О коммунизме и марксизме — 25» Сергей Ервандович доходчиво разъясняет, почему традиция важна:

«Накаленный религиозный исторический проект не нуждается в своем обосновании через традицию, более масштабную и разнообразную, нежели та, которая ему присуща изначально. Христос и Ветхий Завет — вот всё, что нужно для накаленного христианского исторического проекта. Причем даже Ветхий Завет нужен «постольку-поскольку». И с обязательной оговоркой, гласящей, что Послание Христа этот самый Ветхий Завет фактически отменило.

Когда начинаются заигрывания христиан с Аристотелем, Платоном и другими античными мудрецами, заигрывания сначала крайне осторожные, а потом всё более и более безоглядные? Тогда, когда накаленность христианского исторического проекта снижается.

То же самое с другими религиозными историческими проектами.

Но одно дело — эти самые религиозные исторические проекты. Те, кто находятся внутри этой проективности, всегда, даже на этапах снижения накала первичного религиозного чувства, могут согреваться, черпая некую огненность из свойственной подобного рода проектам сакральности. Предполагающей, что возможно и необходимо сооружение моста между профанным миром, где люди живут скучно и обыденно, и неким другим миром, наделяющим его посетителя желанным огнем, позволяющим, вернувшись, жить в обычном мире иначе, чем живут обыкновенные обыватели.

А светские исторические проекты? Пока они накалены — всё в порядке. Их даже трудно отличить от религиозных исторических проектов. Пойди ты различи веру в коммунизм большевика-подпольщика или участника гражданской войны — и веру в Христа какого-нибудь катакомбного христианина. Дотошные умники, конечно, найдут различия и будут правы. Но мы ведь не собираемся рассматривать проблему подобных различий под микроскопом, не правда ли? Мы всего лишь говорим, что в первом приближении различий почти что нет. И в очередной раз подчеркиваем это «почти что».

Все трудности начинаются в момент, когда светские исторические проекты (такие, как Просвещение или марксистско-коммунистический проект) начинают остывать. В этот момент у тех, кто обитает внутри этой проектности, нет сакральных инструментов, позволяющих совершить странствие из мира обыденности в мир иной, обзавестись там священным огнем, вернувшись, согреть этим огнем и себя, и других. Согреваться они могут только в мире обыденности. А после того, как огонь изначального революционного экстаза гаснет, добыть в обыденности новый огонь может помочь только большая беда — например, Великая Отечественная война.

Неужели создатели секулярных исторических проектов этого не понимают? Сомневаюсь. А те, кто эти проекты взялись осуществлять, понимая, что «насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым» (Карл Маркс), что «исторический путь — не тротуар Невского проспекта» (Н. Г. Чернышевский) и так далее...

Осуществление любого исторического проекта сопряжено с огромными жертвами. Можно ли оправдать эти жертвы в случае светского исторического проекта, если этот проект обречен на очень быстрое остывание?

Каждый, кто, сталкиваясь с проблемой подобного неумолимого остывания светских исторических проектов, пытается их спасти, стремится добыть согревающий эти проекты огонь в вулкане большой культуры, при том что корнем такого вулкана является, конечно же, некое общечеловеческое фундаментальное содержание, находящее свое первичное оформление в мифах.

Как только проблема согревания светского исторического проекта приобретает очевидную актуальность, вопрос о традиции, являющейся дорогой к раскаленному мифу, становится ключевым. Почему он не оказался таковым в момент остывания советского светского исторического проекта, проекта марксистско-коммунистического? И почему создатели проекта заблаговременно не обеспокоились тем, чтобы проложить дорогу некоей своей традиции таким образом, чтобы она вела к необходимому источнику огненной мифологической лавы, из которого всегда можно добыть «огонь согревающий»?»

Т.е. вопрос знания мировоззренческой традиции — это не вопрос конкретных культурных произведений. Это вопрос того, как с воплощением первичных элементов исторического проекта, с обретением минимальной благополучности, элементов зажиточности, понять, куда двигаться дальше. Потому что, не поняв этого, нельзя бороться с оскудением осмысленности происходящего.

Если, как в позднем СССР, построен социализм, если каждому уже «по труду» — то куда идти дальше? В мифический коммунизм? А зачем? Если всё, вроде как, уже хорошо. Куда-то идти при том, что в конце жизни каждого человека всё равно — смерть. Да и сама Вселенная обречена на гибель рано или поздно. Что противопоставить этому вызову? Чем заткнуть чёрную дыру безнадёги?

Традиция, начинавшаяся Прометеем, продолженная христианством (Христос, бог, принявший смертную муку за людей, весьма подобен Прометею), в начале XX века передавшая эстафету русскому космизму и богостроительству (не путать с богоискательством), была изгнана из русского коммунизма. Из-за того, что она была недоопределена, недоосознана, коммунистическое мировоззрение удалось выхолостить, а советского человека обратить в потребителя, мещанина. Ибо только потребительством можно заткнуть дыру бессмысленности жизни и неизбежности смерти в отсутствие смыслов. Это мещанство в итоге и «грохнуло» СССР.

Вот почему необходимо понимать гуманистическую традицию — чтобы не повторить ошибок СССР 1.0.


Tags: коммунизм, концептуальное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments