?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Александр Игнатьевич Лебединский
antipin_sl
Оригинал взят у karhu53 в Александр Игнатьевич Лебединский
Александр Игнатьевич Лебединский
7 января 1913 года (по новому стилю) родился выдающийся советски астррофизик Александр Игнатьевич Лебединский.



Александр  Лебединский

Один из пионеров магнитогидродинамики. Совместно с Л. Э. Гуревичем обосновал возможность возникновения динамо-эффекта в солнечной атмосфере. Исследовал проблему вспышек новых звезд, рассматривая механизм теплового ядерного взрыва звезды-карлика в результате гравитационного сжатия. Много внимания уделял вопросам космогонии (проблема холодного газопылевого облака, процессы конденсации звезд в пылевых туманностях, эволюции межзвездной газопылевой материи и эволюции форм галактик).

Образование он получил в Крымском пединституте, в Симферополе, который окончил в 1932 году.
В 1935 году Александр Игнатьевич Лебединский окончил аспирантуру Ленинградского университета.
С 1948 года Лебединский - профессор ЛГУ.
С 1953 года ученый стал профессором МГУ.
Основные исследования Лебединский вел в астрофизике, космогонии, геофизике и астроприборостроении.
Совместно с Л. Э. Гуревичем Лебединский теоретически исследовал различные этапы конденсации газопылевого протопланетного облака в планеты.
Лебединский внес важные идеи, связанные с гравитационной конденсацией и динамикой звездных систем, в звездную космогонию.
Александр Игнатьевич одним из первых начал разрабатывать теорию солнечной атмосферы на базе новых идей магнитогидродинамики.
Лебединский принимал участие в создании астроспектрофотометрической аппаратуры для наблюдений со спутников, в обработке панорамных снимков Луны (сделанных "Луной-9").

Именем профессора Лебединского назван один из кратеров на обратной стороне Луны.

Известный советский астроном, геофизик и космогонист доктор физико-математических наук Александр Игнатьевич Лебединский родился 7 января 1913 г. (26 декабря 1912 г. по ст. ст.) в Женеве, где временно находились его родители. Его отец, видный симферопольский юрист, принадлежал к караимам - редкой народности с тюркскими корнями (потомки тех самых хазар, о которых написал А.С. Пушкин в своей поэме о "вещем Олеге"...). Детство и отрочество будущего ученого проходило в благотворной обстановке домашнего воспитания, в котором неоценимую роль сыграла его интеллигентная, добрая и горячо любимая им мать Софья Яковлевна, а в начальном самообразовании - богатая библиотека отца. (После ранней кончины матери в 1932 г. он даже решил навсегда покинуть Крым, но именно там оборвалась и его жизнь.)

В 1929 г. в Симферополе Саша Лебединский окончил опытно-показательную школу, уже тогда проявив большие способности к математике и физике, а в 1932 г. - физико-математическое отделение Крымского пединститута. Недолго он преподавал в средней школе в Севастополе, а затем уехал в Ленинград для поступления в аспирантуру. Встреча в Ленинградском госуниверситете с молодым астрофизиком-теоретиком Н.А. Козыревым (Земля и Вселенная, 1984, № 1, с. 50-51) не только привела Александра Игнатьевича к нему в аспирантуру, но и связала обоих неразрывной дружбой на всю жизнь, несмотря на долгие годы разлуки из-за ареста Н.А. Козырева, в числе других бывших пулков-цев, в 1930-е гг. - годы пика политических репрессий в стране.

Теоретическая астрофизика становится первой областью деятельности и А.И. Лебединского. В 1935 г. после окончания аспирантуры он стал сотрудником обсерватории Ленинградского госуниверситета (ЛГУ), а после защиты в 1937 г. кандидатской диссертации по теории термической конвекции в земной и солнечной атмосферах - доцентом кафедры астрофизики математико-механического факультета ЛГУ (с февраля 1938 г.). В 1939 г. Александра Игнатьевича назначили заведующим спектроскопической лабораторией астрономической обсерватории ЛГУ. В 1941 г., в блокадном Ленинграде, он защитил докторскую диссертацию на тему "Конвекция в атмосферах", в которой, в частности, им было впервые введено используемое в астрофизике понятие анизотропной турбулентной вязкости. Применяя теорию конвекции в различных вариантах (с прозрачными и непрозрачными для излучения конвективными ячейками) к Солнцу и земной атмосфере, А.И. Лебединский рассчитал потоки энергии, градиенты температуры и другие параметры этого процесса.

В годы войны, когда ЛГУ находился в эвакуации в Саратове, он, прибыв туда в 1941 г. совершенно истощенным, уже вскоре включился в интенсивную научную, преподавательскую и научно-организационную работу университета. С 1943 г. Александр Игнатьевич руководил работой кафедры астрофизики, организуя в сложных условиях эвакуации учебный процесс, и в том же году стал профессором этой кафедры. В течение следующего десятилетия (1943-1953 гг.) область научных интересов А.И. Лебединского и диапазон его исследований небесных объектов существенно расширились. Он занялся изучением магнитных полей в солнечных пятнах, физикой вспышек новых звезд и пульсации цефеид. В 1946 г. Александра Игнатьевича награждают ежегодной университетской премией, учрежденной Совнаркомом СССР, за работы по изучению механизмов вспышек новых звезд. Профессор А.И. Лебединский участвует в экспедиции по наблюдению солнечного затмения 27 мая 1947 г. в Бразилии, чему предшество-
вала его огромная подготовительная работа, проведенная в астрономической обсерватории ЛГУ. В частности, по идее Александра Игнатьевича в ее экспериментальных мастерских изготовили оригинальный специальный спектрограф для изучения солнечной короны.

Все большее углубление в космо-физику возбудило у А.И. Лебединского еще в эвакуации интерес к коренной проблеме астрономии - космогонии. (Именно здесь началось его сотрудничество с известным ленинградским физиком Л.Э. Гуревичем, которое в дальнейшем привело их к решению одной из самых трудных проблем в развитии современной планетной космогонии.) В 1953 г. А.И. Лебединский становится профессором организованного академиком-геофизиком О.Ю. Шмидтом  отделения геофизики Физического факультета МГУ и переезжает в Москву. В качестве одного из ближайших научных соратников этого выдающегося ученого, впервые связавшего космогонию с геофизикой, Александр Игнатьевич вплоть до кончины Отто Юльевича  в 1956 году принимал самое деятельное участие в развитии современной космогонии Солнечной системы в рамках новой научной школы О.Ю. Шмидта. В эти годы А.И. Лебединский занимается не только вопросами астрофизики, геофизики, космогонии, но и включается в начинавшиеся исследования космоса с помощью ИСЗ и автоматических межпланетных станций.

Деятельность Александра Игнатьевича во всех этих областях протекала чрезвычайно плодотворно. В геофизике он был лидером изучения одного из наиболее загадочных и сложных явлений в земной атмосфере - полярных сияний. В 1948-1950 гг. он организовал с этой целью ряд комплексных экспедиций в районы Крайнего Севера и создал оригинальную широкоугольную фотографическую камеру С-180 для автоматической непрерывной регистрации неба фотокамерами и получения спектров всего неба. Аппаратура подобного типа использовалась при патрулировании неба в Арктике и Антарктике во время Международного геофизического года (1957-1958) и Международного года спокойного Солнца (1964-1965). Как председатель секции полярных сияний междуведомственного комитета по проведению Международного геофизического года, А.И. Лебединский принял активное участие в составлении программ исследования полярных сияний, руководил подготовкой к наблюдениям и научной обработкой полученного материала. Впервые для наблюдения полярных сияний Александр Игнатьевич использовал рассекреченный в послевоенные годы прибор ночного видения, обслуживавший военную технику - электронно-оптический преобразователь.

В астрономии А.И. Лебединский также занялся новыми фундаментальными проблемами, став, наряду с  Пикельнером, одним из пионеров магнитогидродинамики. Здесь важные первые выводы о процессах в космической плазме ими были сделаны еще до знаменитых открытий самого основателя этой науки шведского физика и астрофизика X. Альвена. А.И. Лебединский исследовал вспышки новых звезд, рассматривая их как тепловой ядерный взрыв в атмосфере звезды-карлика. Обратившись к вопросу о происхождении двойных и кратных звездных систем, он пришел к выводу, что тесные пары возникают вследствие деления более массивной протозвезды из-за гравитационной неустойчивости

lebedinskiy_gaish (47K)

В планетологии Александру Игнатьевичу принадлежит одна из ранних оценок теплопроводности вещества Луны. Особенно актуальным в наши дни стало обоснование А.И. Лебединским еще в 1960-х гг. возможности присутствия значительного количества воды на Марсе в форме вечной мерзлоты, льдов и, возможно, подледных океанов.

Но, пожалуй, наиболее значительными были его результаты в космогонии, полученные в начале 1950-х гг. в основном в соавторстве с Л.Э. Гуревичем. На первых порах становления и развития шмидтовской космогонической теории именно они внесли наибольший вклад в решение проблемы эволюции околосолнечного газопылевого диска в планетную систему. Работы А.И. Лебединского и Л.Э. Гуревича положили начало новому этапу развития шмидтовской планетной космогонии, ставшей благодаря им в последней четверти XX в. основой мировой планетной космогонии ("стандартная теория"). Александр Игнатьевич посвятил ряд своих работ проблемам звездной космогонии. Так, им было показано, что способность межзвездной среды к конденсации зависит от наличия в ней пыли. Изучая диффузные туманности, он пришел к заключению, что вблизи горячих звезд невозможно длительное сосуществование газа и пыли из-за испарения последней под воздействием излучения ионизованного водорода. К концу XX в. эти идеи подтвердились с открытием протопланетных дисков уже у трех сотен молодых звезд (в настоящее время их число превысило 2,5 тыс., не говоря уже об открытии нескольких сотен эк-зопланет). А.И. Лебединским и Л.Э. Гу-ревичем кроме проблем космогонии была исследована динамика солнечной плазмы, конвективные процессы в ее магнитных полях, построена модель хромосферы большой протяженности.

Ими была выдвинута также гипотеза о механизме вспышки сверхновых звезд намного раньше работы М. Шварцшиль-да, посвященной красным гигантам, в которой развивался аналогичный подход. В работах Л.Э. Гуревича и А.И. Лебединского были сделаны первые попытки объяснить сдвиг по фазе между кривыми блеска и лучевых скоростей у цефеид.

До 1958 г. А.И. Лебединский преподавал на геофизическом отделении физфака МГУ, а затем перешел на кафедру космических лучей отделения ядерной физики.

В 1959 г. Александр Игнатьевич был среди других сотрудников ОЯФ и НИИЯФ (С.Н.Вернов, Н.Л.Григоров, И.П.Иваненко, В.С.Мурзин, А.Е.Чудаков), которые первыми дали объяснение возможным механизмам создания только что открытого "земного корпускулярного излучения", которое позднее было названо радиационными поясами Земли.
Со времени запуска первого советского ИСЗ основные работы А.И.Лебединского связаны с внеатмосферными исследованиями. Он становится научным руководителем Лаборатории Излучений НИИЯФ МГУ. При его непосредственном участии было подготовлено несколько экспериментов по изучению характеристик поверхностей Марса, Венеры, Луны с автоматических межпланетных станций "Марс-1, Венера-1, Зонд-3, Луна-10,11,12,13" в 1962 - 66 гг. Помимо спектрофотометрических исследований он принимал большое участие в обработке панорамных снимков лунной поверхности, полученных автоматической станцией "Луна-9". Особенно большой объем информации получен при изучении спектральных характеристик электромагнитного излучения Земли в космос с борта нескольких ИСЗ серии "Космос". Изучались временные и пространственные вариации в видимой, ультрафиолетовой и инфракрасной областях спектра.

Источник


Вспоминает профессор Леонид Леонидович Лазутин

" Впервые я встретил А.И. Лебединского в 1961 году, в ноябре, когда мы с Аркадием Коротиным сидели чуть ли не месяц в НИИЯФе в отделе А,И., ожидая прибытия контейнера с французскими фотометрами. Фотометры должны были работать в экспедиции в Архангельской области, вблизи города Яренска, где располагалась расчетная точка, сопряженная вдоль силовой линии с французским островом Кергелен. Я тогда только что приехал в ПГИ из Физтеха по распределению, и начальство, не зная, что со мной делать, сунуло меня в экспедицию в качестве запасного инженера на всякий случай. Аркадий считал такую подстраховку излишней, и относился ко мне как к ненужной вещи. Впрочем, впоследствии мы подружились.
Мы сидели в комнате у Оли Хорошевой, обворожительной аспирантки Лебединского, и слушали ее рассказы о кольце сияний, которое она недавно обнаружила, используя снимки сияний, полученные с помощью камер С-180, детища Лебединского.
Александр Игнатьевич заходил ненадолго, слушал, хмыкал, вставлял два-три слова и уходил. У него было много дел с аппаратурой для спутников.
Второй раз мы пересеклись в 1966 году, когда я защищал в НИИЯФе кандидатскую диссертацию. А.И. согласился просмотреть диссертацию и представить ее на Ученом совете для постановки на защиту.
Я пришел к нему домой, квартира располагалась в главном здании МГУ, кажется в крыле "Е". Поразили стеллажи с книгами, начинавшиеся от входной двери коридора. А.И. с суровым видом пролистал диссертацию и попросил показать главный рисунок. Это было неожиданно, я подготовился к последовательному изложению результатов.
Посмотрев на указанный мной график, он сказал:

-Точек что-то маловато. Ну да ладно. И в чем идея?
Мое сбивчивое изложение идеи он быстро прервал, предложив окончить официальную часть и перейти к чаю. Быстро сервировав столик, он принес чайник, на минуту исчез и вернулся, принес на руках свою жену. Он усадил ее в кресло, и они дружно улыбались, наблюдая мое смущение. Тогда, в молодости, я бы никогда не отважился на подобную демонстрацию супружеской приязни. Это потом, к старости, перестают давить условности, и шкала ценностей становится проще и обнаженее... Потом мне рассказали историю их альпинистской эпопеи, героической и трагической, но не берусь пересказывать, боюсь напутать.

Прошло много лет после того вечера, я много узнал о достоинствах Лебединского - ученого, но у меня в памяти живет та картина - Александр Игнатьевич стоит в дверях комнаты с женой на руках. И оба улыбаются мне.
А на вопрос по поводу моей диссертации директора ПГИ и своего друга Сергея Ивановича Исаева А.И. ответил:
-Ты знаешь, диссертация мне понравилась меньше, чем автор.
Хорошо, что не наоборот. "

(отсюда )

Как и постер в честь столетия со дня рождния А.И. Лебединского





Александр Игнатьевич трагически погиб 9 сентября 1967 г. в полном расцвете сил и творческих замыслов. Его памяти было посвящено специальное заседание Американского астрономического общества, где известный исследователь космоса профессор Фред Зингер произнес опубликованную потом в журнале "Astronautics and Aeronautics" большую речь, выдержки из которой хочется привести:

":те из нас, кто знал Лебединского, вовлекались в его работу, так как он умел передавать интерес к своим исследованиям. Разговаривая с ним, вы всегда чувствовали волнение нового результата или новой гипотезы: На протяжении ряда лет разговор с А.И.Лебединским на любую тему в области физики космоса был всегда стимулирующим интеллектуальным событием. Он был полон новыми идеями, гипотезами, критикой: Работы Александра Лебединского оказали огромное влияние на международную науку о космосе. Он был скромным и доброжелательным коллегой, и его будет недоставать многим; пожалуй, больше всего его ученикам...".